«На собеседовании при трудоустройстве у меня потребовали письменное заявление от мужа, подтверждающее, что он дает мне разрешение на работу», — говорит Неда, получившая диплом о высшем образовании инженера нефтегазовой промышленности в Иране, пишет Русская служба Би-би-си.
По ее словам, это было унизительно. «Я заявила им, что я взрослый человек и сама принимаю решения».
Ее случай не единичный. По закону замужним женщинам в Иране требуется разрешение от мужа на работу. Это лишь одно из многочисленных юридических препятствий, с которыми они сталкиваются, если хотят выйти на рынок труда.
В отчете Всемирного банка от 2024 года у Ирана один из самых худших рейтингов в том, что касается гендерных юридических барьеров для трудоустройства. Ниже него в списке лишь Йемен, Западный берег реки Иордан и сектор Газа.
Это отражает и другая статистика. Как следует из доклада о глобальном гендерном разрыве за 2024 год Всемирного экономического форума, в Иране самая низкая занятость женщин на рынке труда из 146 стран, в которых проводились исследования.
Хотя женщины в стране составляют более 50% всех выпускников университетов, по данным на 2023 год, их доля в рабочей силе не превышает 12%.
Гендерные законы наряду с широко распространенными сексуальными домогательствами и зачастую сексистскими взглядами на женщин и их способности делают рабочую среду для них весьма враждебной.
Большинство женщин, с которыми Би-би-си говорила во время работы над этим репортажем, заявили, что, по их ощущениям, на работе к ним относились недостаточно серьезно.
«Ряд правовых и культурных барьеров мешают трудоустройству женщин в Иране», — утверждает бывший старший советник Всемирного банка Надере Шамлу.
По словам Шамлу, такие факторы, как отсутствие правовой базы и действующие правовые ограничения, а также очень большой гендерный разрыв в оплате труда и «очень низкий стеклянный потолок» (т. е. неформальные, но тем не менее действующие ограничения), способствуют тому, что доступ к рынку труда иранских женщин очень ограничен.
Это закон и это культура
Мужчинам известно, что они по закону могут не допустить своих жен к работе, и некоторые пользуются этой узаконенной привилегией.
Иранский предприниматель Саид рассказал Би-би-си, как однажды «разъяренный муж ворвался в офис, размахивая металлическим прутом, с криком «Кто позволил вам брать на работу мою жену?»
По словам Саида, теперь он всегда требует письменного разрешения от мужа, когда нанимает женщин.
Молодая специалистка Разие, работающая в частной компании, вспоминает аналогичный случай, когда разгневанный мужчина ворвался в их офис и заявил генеральному директору: «Я не желаю, чтобы моя жена здесь работала».
Гендиректору, по словам Разие, пришлось предложить этой женщине, которая работала старшим бухгалтером, «пойти домой и постараться уладить дело со своим мужем, в противном случае ей придется уволиться, что она в итоге и сделала».
Это законодательство ведет к тому, что многие компании отказываются брать на работу молодых женщин, поскольку работодатели не хотят «вкладывать средства в обучение этих женщин, потому что если они потом выйдут замуж, их мужья могут запретить им работать», — говорит Надере Шамлу.
И даже если они получают работу, часто преодолев сопротивление собственных семей и мужей, чтобы получить такое разрешение, женщины оказываются на работе, где закон отчасти поддерживает дискриминацию.
Одним из таких законов является ст. 1105 Гражданского кодекса Исламской Республики, в которой муж определяется как глава семьи и «основной кормилец». Это означает, что при трудоустройстве мужчины имеют приоритет перед женщинами, которые, при условии, что им предложат работу, должны будут трудиться лишь за часть зарплаты, положенной их коллегам-мужчинам.
Иранке Раз почти 30 лет, и она уже несколько раз меняла работу. По ее словам, где бы она ни работала, в первую очередь увольняют женщин.
«На последнем месте моей работы, когда случилась реструктуризация, почти все уволенные были женщинами», — говорит она.
Другая женщина рассказала Би-би-си на условиях анонимности, что после более чем десяти лет решила уйти с работы и сидеть дома, «потому что я знала, что меня никогда не повысят по службе».
«Пока там были мужчины, даже если их квалификация была ниже, никто бы даже не подумал о повышении моей зарплаты или продвижении меня по службе, для меня это была просто потеря времени», — говорит она.
Тот факт, что по закону женщины не считаются кормильцами и не вносят вклад в домашнее хозяйство, влияет на их льготы и пособия. Во многих случаях, даже если они имеют на них право, «льготы, такие как пенсии, которые накапливаются за годы их трудоустройства, могут не распространяться на членов их семей», — говорит Чамлу.
«Таким образом, снижается отдача, которую женщины получают от работы и которую они могли бы принести своим семьям», — добавляет бывший старший советник Всемирного банка.
Сепиде получила степень магистра искусств Тегеранского университета, раньше она преподавала там и вела независимые художественные проекты, но вот уже несколько лет не работает.
«После окончания университета я думала, что смогу зарабатывать на жизнь так же, как многие мужчины, которых я знала, однако социальная, политическая и экономическая структура созданы таким образом, что для женщины сделать нормальную карьеру — это несбыточная мечта», — рассказала Сепиде Би-би-си.
Закон об обязательном ношении хиджаба два года назад стал причиной широких протестов и продолжает оставаться одной из главных тем споров и политических разногласий в стране.
Этот закон также делает ряд должностей, особенно в правительственном и общественном секторах, недоступными для женщин, которые не хотят носить самые строгие хиджабы.
«Отсутствующая середина»
«В Иране есть то, что я называю отсутствующей серединой», — говорит Надере Шамлу и поясняет, что под этим она имеет в виду «женщин среднего возраста, со средним образованием и среднего класса, которые не работают».
«Требуемое по закону разрешение от мужей на работу вкупе с более низким пенсионным возрастом (для женщин в Иране это 55 лет), оставляет за бортом возрастную группу, которая в других странах обычно составляет рабочую силу».
Экономика Ирана подорвана санкциями и неэффективным управлением.
Доклад МВФ указывает на то, что экономический рост связан с более широким участием женщин в рынке труда, и, по его оценкам, если бы уровень занятости женщин в Иране был бы доведен до уровня занятости мужчин, ВВП страны мог бы увеличиться примерно на 40%.
Однако, по мнению Надере Шамлу, в настоящее время нет «активной или сознательной политической воли», которая способствовала бы переменам и привела бы женщин на рынок труда.
И все же она уверена в том, что женщины в Иране берут дело в свои руки и создают малые независимые предприятия, чтобы открыть для себя рынок труда.
«Одни из самых инновационных бизнес-идей — от кулинарных приложений до цифровых торговых площадок — были инициированы женщинами», — объясняет Надере. И она предвидит «настоящий частный сектор в Иране», состоящий в основном из предприятий, которыми владеют женщины.