Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Из-за этого правила можно попасть в пенсионную «ловушку». О нем знают явно не все
  2. Лукашенко озадачился зарплатами в Минске
  3. «На деле это оказался не просто синячок». Беларуска забрала пятилетнего сына из больницы с гематомами — там начали проверку
  4. Забрали целый регион, назад отдали семь деревень. Вот как последний раз менялась граница Беларуси
  5. «Ой, как же я волновалась!» Беларусская учительница изменила жизнь и стала стюардессой в крупнейшей авиакомпании мира
  6. На субботу объявили оранжевый уровень опасности
  7. В МИД Италии объяснили, как подозреваемый в диверсии мог получить визу в Минске. Посольство страны называют «самым щедрым» для туристов
  8. «Идет напряженный торг за шторкой». Аналитик объяснил смысл цепочки встреч Лукашенко
  9. Ждать ли беларусам торнадо 4−5 сентября? Синоптики ответили
  10. После жалобы Лукашенко на «океан автомобилей» власти Минска рассказали, что будут делать с парковками
  11. Уроженец Беларуси с британским паспортом приехал в Россию на похороны бабушки. Его избили полицейские, а в СК посоветовали покинуть РФ
  12. Подразделения Сил обороны Украины получили приказ соблюдать временный режим тишины на фронте — «Украинская правда»
  13. «Вызывают у меня чувство глубокой брезгливости». Статкевич высказался о конфликте Тихановского с независимыми СМИ и блогерами
  14. В Могилеве КГБ пришел с обысками и проверкой телефонов к людям, которые недавно ездили в ЕС — правозащитники
  15. «Это она». Зеленский официально дал старт операции M&Ms против московских аэропортов — The Atlantic
  16. Что будет, если под постом со свастикой оставить эмодзи-какашку? Представитель ГУБОПиК ответил
  17. Пищаловский парадокс. Экс-политзаключенная — о превращении СИЗО на Володарского в развлекательное пространство
  18. «Пользоваться нельзя будет». «Беларусбанк» призвал клиентов совершить одно действие, чтобы они не столкнулись вскоре с проблемами
  19. Беларуска показала, сколько ей насчитали налога на «роскошное» авто. В комментариях некоторые удивились
  20. Беларуса приговорили к 16 годам колонии по трем статьям. Одна из них — госизмена — «Вясна»
  21. «Лечение симптомов, а не болезни». Почему в Минске дворы заставлены машинами и что с этим делать
  22. Вводят изменение, которое касается пересечения границы
  23. Умер один из авторов школьного учебника по истории Беларуси Андрей Соловьянов. Ему было 45 лет


Виталий Кропман

Обмен заключенными между Западом и Россией с Беларусью спас невинные человеческие жизни, но показал уязвимость цивилизованного мира перед шантажом, пишут немецкие СМИ. Самые яркие высказывания — в обзоре Deutsche Welle.

Гражданина Германии Рико Кригера доставляют в самолет, чтобы отправить на обмен в Турцию, 1 августа 2024 года. Скриншот: РЕН-ТВ

Вероятно, самый крупный со времен окончания холодной войны обмен заключенными между рядом западных стран и Россией с Беларусью, произошедший 1 августа в Анкаре, ожидаемо оказался в центре внимания немецких СМИ. Большинство комментаторов, выражая радость по поводу освобождения невинных людей из «путинских темниц», считают решение, принятое политическим руководством стран Запада, «ошибкой с далеко идущими последствиями». DW собрала наиболее интересные высказывания.

FAZ: «Фатальная ошибка Запада»

Цена, которую западные демократии, включая Германию, заплатили за освобождение своих граждан и российских политзаключенных, настолько высока, что радость не может длиться долго, отмечает в редакционном комментарии газета Frankfurter Allgemeine Zeitung.

«Эта сделка является фатальной ошибкой с чисто политической точки зрения. Она нарушает первое правило работы с теми, кто берет заложников: никогда не выполняйте их требования. Любой, кто окажется восприимчивым к шантажу, будет продолжать подвергаться шантажу как со стороны того же шантажиста, так и со стороны других», — указывает Бертольд Колер.

По мнению комментатора FAZ, обмен российского торговца оружием Виктора Бута на американскую баскетболистку Бриттни Грайнер и переговоры о возможном освобождении Алексея Навального показали Кремлю, что все упирается лишь в цену. И эта цена — люди. А потому путинский режим взял еще больше заложников.

«Даже после нынешнего обмена, который в Москве будут отмечать как большой успех в борьбе с мягкотелым Западом, никто не помешает Путину заполучить новых заложников или впоследствии избавиться от освобожденных заключенных, как это было со Скрипалем, пострадавшим от отравления „Новичком“», — напоминает издание.

В случившемся обмене FAZ видит и еще одну опасность. «Кремлю не составит труда найти еще больше агентов, готовых убивать для него на Западе. Ведь теперь все знают, что Путин не бросит своих, даже если они убийцы, а сделает все возможное, чтобы вернуть их домой. И Запад, включая Германию, ему в этом подыгрывает», — утверждает автор комментария в FAZ.

Die Wеlt: «Шантаж и двойная победа Путина»

Газета Die Welt обращает внимание на то, что характер подобных сделок со времен холодной войны принципиально изменился: если тогда в основном происходила классическая передача взаимно задержанных шпионов, то есть равный на равного, то сейчас Москва обменяла осужденных преступников и убийцу на политических заключенных, некоторые из которых являются представителями российской оппозиции.

«Кремль выигрывает от такого изменения характера обмена дважды, как во внутренней, так и во внешней политике», — отмечают Павел Локшин и Клеменс Вергин.

«Во-первых, сделки с Западом вдруг снова стали возможны, причем на условиях, сознательно созданных Россией. Массовым преследованием российских оппозиционеров в лице Алексея Навального и последующей смертью Навального в заключении Путин создал стимул для Запада уступить», — указывают журналисты.

По их мнению, после произошедшего Кремль будет считать, что Запад слаб и сдастся под достаточным давлением. «Этот опыт будет характеризовать и позицию России на возможных переговорах по войне в Украине», — отмечают авторы.

С точки же зрения внутренней политики, «главным выигрышем является фактическая депортация российских заключенных».

«Некоторые из тех, кого освободили, такие как Илья Яшин или Владимир Кара-Мурза, как и Алексей Навальный до них, в прошлом приняли осознанное решение сесть в российскую тюрьму, а не покинуть страну. Теперь Путин отказывает им в этом политическом мученичестве и таким образом избавляется от важных координаторов российской оппозиции», — указывает Die Welt.

Tagespiegel: «Не партнер по переговорам, а преступник»

Издание Tagespiegel в своем комментарии подводит итог прошедшей сделки. «16 невинных людей против восьми преступников: некоторые видят в этом доказательство превосходства западных ценностей, и не без основания. Демократические и конституционные государства не бросают своих граждан. Они защищают права человека и индивидуальные свободы. Диктаторы вроде Путина и Лукашенко попирают эти основные права. Цифры говорят сами за себя», — пишет Кристоф фон Маршалл.

Как и иные комментаторы, он при этом отмечает уязвимость западных стран перед шантажом. «Если путины и лукашенки этого мира захотят освободить своих заказных преступников или шпионов, им достаточно будет просто арестовать невинных западных граждан», — указывает автор.

Журналист утверждает, что обстоятельства обмена не доказывают, что с президентом РФ можно вести переговоры, как поспешно решили некоторые. Скорее, наоборот. Путин не придерживается правил, а манипулирует ими.

«Тот, кто берет в плен невинных людей, чтобы освободить осужденных убийц, — не партнер по переговорам, а преступник», — отмечается в комментарии Tagespiegel.

Die Zeit: «Иногда идти на компромиссы разумно и правильно»

Автор комментария в газете Die Zeit также считает, что ошибаются те, кто полагают, будто по итогам произошедшего обмена «Россия вновь получила статус политического партнера Запада». «У Путина был холодный расчет: он хотел, чтобы его убийца вернулся к нему. Ничто не указывает на то, что мировоззрение Путина каким-либо образом могло измениться», — указывает Хольгер Штарк.

По мнению автора, в отдельных случаях, может быть, идти на компромиссы разумно и правильно. «Но по подавляющему большинству политических вопросов с нынешней Россией можно говорить лишь одним способом: предельно ясно и решительно», — заключает Die Zeit.