Российский миллиардер с беларусскими корнями Андрей Мельниченко в интервью The Economist рассказал, как после попытки Генпрокуратуры РФ национализировать его энергокомпанию «Сибэко» встретился с Владимиром Путиным. Также он объяснил, почему, по его мнению, российские олигархи не смогли повлиять на решение о войне.
Уроженец Гомеля и один из богатейших российских бизнесменов Андрей Мельниченко (8-е место в рейтинге Forbes РФ с состоянием 20,4 млрд долларов) вскоре после начала войны в Украине называл происходящее трагедией, призывая как можно скорее прекратить боевые действия. Тем не менее ЕС и Швейцария ввели против него санкции.
В 2023 году Генпрокуратура России попыталась через суд национализировать принадлежащую бизнесмену «Сибирскую энергетическую компанию» («Сибэко»), заявив, что сделка по ее покупке в 2018 году нарушала антикоррупционное законодательство.
Однако спустя примерно две недели претензии были сняты. Как пишет The Economist со ссылкой на источники, незадолго до этого Мельниченко перечислил 32 млрд рублей (около 335 млн долларов по тогдашнему курсу) в образовательный фонд «Сириус», который считается одним из ключевых проектов Владимира Путина. Сумма пожертвования практически совпала со стоимостью, за которую бизнесмен в свое время приобрел «Сибэко».
Уже после этой истории Мельниченко решил лично встретиться с Владимиром Путиным. По его словам, аудиенция состоялась поздно вечером 28 мая 2025 года в Кремле и продолжалась больше часа. Бизнесмен вспоминает, что заметил перед президентом РФ красную папку, и предположил, что это собранное спецслужбами досье на него.
Когда Путин спросил, «не мешает ли ему кто-нибудь», Мельниченко ответил:
«Владимир Владимирович, честно говоря, я понимаю, что к вам обычно приходят по двум причинам. Либо людям страшно, есть какая-то проблема. Либо они чего-то хотят — должность, услугу… Что касается страха, конечно, мне страшно, на сто процентов, как и всем. Зачем это отрицать? Но я не боюсь ничего конкретного — если только в вашей папке нет чего-то такого. Если есть, хотя бы скажите, чтобы я знал, чего бояться».
По словам миллиардера, после этого он объяснил главе Кремля, что всю жизнь стремился построить глобальную компанию, независимую от какой-либо страны, однако война, санкции и геополитический кризис полностью изменили его взгляды:
«Все изменилось. Мир оказался совсем не таким, каким я его представлял. Глобального мира больше нет. Глобальных правил больше нет… Вы поняли это раньше нас».
Затем Мельниченко рассказал Путину, что после введения санкций был вынужден переписать долю в своей компании, одном из крупнейших в мире производителей удобрений EuroChem, на жену — гражданку Сербии. На это, по его словам, президент России ответил:
«Ну, сербы — порядочные, честные люди. Не украдут».
В конце встречи бизнесмен заявил, что хочет активнее участвовать в общественной жизни России. По его мнению, главной ошибкой российской элиты стало то, что она отделила собственную судьбу от судьбы страны.
«Нельзя иметь одну страну для зарабатывания денег, а другую — для безопасности, будущего семьи и настоящей жизни», — сказал он Путину и, как пишет The Economist, «поблагодарил российского лидера за то, что тот помог ему прозреть».
В интервью журналу миллиардер также объяснил, почему, по его мнению, западные санкции не привели к давлению российских бизнесменов на Кремль. Он считает, что к началу полномасштабной войны крупный бизнес уже давно был отстранен от принятия политических решений и не мог повлиять на курс российских властей.
При этом Мельниченко заявил, что сегодня не считает себя ни сторонником войны, ни ее противником, хотя принадлежащие ему предприятия продолжают работать в России, в том числе выполняют оборонные заказы и сотрудничают с силовыми структурами для защиты объектов от атак беспилотников.
