Беларуска, недавно освободившаяся из гомельской женской колонии № 4 и уехавшая их страны, рассказала о том, как отбывала срок вместе с политзаключенной журналисткой Ларисой Щиряковой. Ее историю у себя в Facebook приводит правозащитник Леонид Судаленко.
Как рассказала бывшая заключенная Марина (имя изменено), Лариса Щирякова — очень общительная. Сразу после карантина журналистку перевели в отряд № 17, который назывался «швейным». Весь отряд работает в две смены — шьет зимние куртки светло-пятнистого цвета для внутренних войск. Вообще всю форму для обслуживающего персонала беларусских тюрем, СИЗО и колоний шьют женщины-заключенные.
По словам Марины, «политических» на хорошо оплачиваемые участки, где можно заработать 80−100 рублей в месяц, не ставят. Лариса работала на низкооплачиваемом процессе, где много физического труда, но практически невозможно заработать. Заключенные трудятся там неделю в первую смену, неделю — во вторую.
Отряд № 17 считается «красным»: обычные заключенные рьяно сотрудничают с силовиками и за пачку сигарет готовы выполнить любое задание или организовать провокацию против политзаключенных. «Политических» в отряде 7−8 человек, и они всегда обязаны идти с отрядом в первых рядах.
«Лариса очень общительная, разговаривает и вступает в коммуникацию со всеми, хотя я не раз предупреждала ее о последствиях таких контактов. Но она отвечала, что получает от такого общения интерес и удовольствие, — видимо, сказывается ее журналистское прошлое.
Известно, что у Ларисы было свидание с близкими, но позже ей точно кинули два рапорта (замечания. — Прим. ред.), и понятно, вряд ли она получит еще одно свидание. Еще при мне ее перевели в 9-й отряд, вторая смена, та же „швейка“, где больше 20 рублей в месяц не заработать», — рассказала Марина.
По ее словам, политзаключенная журналистка сидит, как здесь говорят, «ровно» — всегда с улыбкой и не падает духом.
«Вины своей не признает, прошение о помиловании, насколько мне известно, не писала. Живет надеждой, что вот-вот все политзаключенные поедут домой. По местным меркам у нее небольшой срок — 3,5 года, а если вычесть засчитанный день за полтора в СИЗО, примерно через год она должна выйти на свободу», — говорит собеседница.
Напомним, в 2023 году Ларису Щирякову признали виновной по частям 1 и 2 статьи 361−4 (Содействие экстремистской деятельности и те же деяния, совершенные повторно) и статье 369−1 (Дискредитация Республики Беларусь) Уголовного кодекса. Ее отправили на 3,5 года лишения свободы в колонию общего режима и оштрафовали на 100 базовых величин.
До 2021 года журналистка сотрудничала с рядом независимых изданий, снимала документальные фильмы и вела свой проект увековечения памяти репрессированных «Забітыя і забытыя». Ранее она руководила краеведческой организацией «Талака», которую ликвидировали власти. В последние месяцы перед задержанием журналистка занималась этнофотосессиями — снимала людей в беларусских национальных нарядах.
У Щиряковой есть несовершеннолетний сын, который сейчас живет со своим отцом.