Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Им было наплевать, как мы будем выживать и решать проблемы». Беларусы рассказали, как пережили «адский коллапс» в российском аэропорту
  2. «Кто хочет сесть на место Тихановской?» Франак Вячорка стал гостем шоу «Гутаркі» и рассказал, как его девушкой оказалась сотрудница КГБ
  3. Ледники тают все быстрее, а в 2030-х годах некоторые из них могут и вовсе исчезнуть. Чем это грозит планете и Беларуси в частности
  4. В Беларуси готовят изменения в оплате проезда. Они затронут все города страны
  5. «Их задача — продать Лукашенко Западу». Пытались узнать, кто планирует писать письмо Евросоюзу, которое раскритиковал представитель BELPOL
  6. Соседи Беларуси этой ночью переведут часы. Как изменится разница во времени
  7. Аномальное тепло и ночные заморозки. Синоптик рассказал о погоде на следующей неделе
  8. Лукашенко возмутился, что на «Белкоммунмаше» «рабочий класс разболтанно себя ведет»
  9. «Разве это обвал?» Экспертка — о ситуации на рынке жилья в Минске: что происходит с ценами и что будет после Нового года
  10. После визита Коула освободили 25 политзаключенных. Похоже, к вывозу готовили еще одну — но она была против
  11. В Гродненской области мужчина стрелял в силовиков — его «ликвидировали»
  12. «Мы никому не говорим, где мы живем». Поговорили с представителем BELPOL об изнанке работы — информаторах, деньгах и личной безопасности


Накануне Дня защиты детей, который отмечается 1 июня, Верховный суд Беларуси опубликовал статистические данные о том, скольких детей судам страны удалось защитить за прошлый год, забрав у их матерей и отцов родительские права. Счет идет на тысячи, а вот вернуть права на детей смогли намного меньше мужчин и женщин.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: stock.adobe.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: stock.adobe.com

За 2023 год суды рассмотрели 2576 дел о лишении родительских прав и в 2312 из них удовлетворили требования органов опеки. Права на детей были отобраны у 1225 отцов и 595 матерей (в том числе 192 одиноких). В 467 семьях прав лишились оба родителя.

Всего же родительских прав были лишены 2776 человек — 1062 женщины и 1714 мужчин (это не всегда непосредственно родители).

Как отмечала ранее судья Брестского областного суда Светлана Илюшина, большинство мужчин, которых лишают родительских прав, находятся в возрасте старше 40 лет, а вот женщины, которые с этим сталкиваются, в основном молодые — от 25 до 35 лет.

Потерять права мать или отец могут как на одного из своих детей, так и на нескольких сразу. Среди дел, попавших в суды в прошлом году:

  • 1547 касались лишения прав в отношении одного ребенка,
  • 488 — двух детей в семье,
  • 161 — трех детей,
  • 51 — четырех детей,
  • 40 дел — пяти и более детей.

В итоге за год 3427 детей лишились одного или обоих родителей сразу. Большая часть — это дети от семи до десяти лет. Распределение по возрастам такое:

  • до 1 года включительно — 221 ребенок;
  • от 2 до 3 лет — 281 малыш;
  • от 4 до 6 лет — 610 детей;
  • от 7 до 10 лет — 977 детей;
  • от 11 до 14 лет — 796 детей;
  • от 15 до 17 лет — 542 подростка.

Верховный суд привел характерные примеры. Так, в октябре 2023 года суд в Полоцке рассмотрел дело против матери и отца 14-летней девочки. Семья имела статус находящейся в социально опасном положении, отец находится в колонии, мать не раз предупреждали о последствиях, но она продолжала пить, дома не хватало еды и дров для отопления, зато часто бывали сомнительные гости. Девочку отправили в приют, матери дали возможность принять меры для возвращения ребенка, но она не выполнила предложенный план. На суде девочка сказала, что не хочет возвращаться домой. В итоге обоих родителей лишили прав, а их дочь отправилась в приемную семью.

При этом восстановить свои родительские права удается лишь небольшой доле тех, кто их потерял. В 2023 году суды рассмотрели 199 таких дел, но лишь в 88 случаях удовлетворили иски родителей. Вернуть права смогли 97 человек в отношении 140 детей.

Например, в июле 2023-го в суд Ушачского района обратилась женщина, которую лишили прав на сына еще в 2013-м. Ему тогда было около семи лет, а на момент суда — 16−17 лет, он уже учился в колледже. Она заявила, что осознала ошибки и исправилась, работает и имеет средства на жизнь, не пьет, имеет нормальное жилье, которое подойдет для ребенка (все это было подтверждено документами, характеристиками, отсутствием судимостей), а с сыном у нее хорошие отношения. Органы опеки не возражали, и суд восстановил женщину в родительских правах.