Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Идет напряженный торг за шторкой». Аналитик объяснил смысл цепочки встреч Лукашенко
  2. Забрали целый регион, назад отдали семь деревень. Вот как последний раз менялась граница Беларуси
  3. «Лечение симптомов, а не болезни». Почему в Минске дворы заставлены машинами и что с этим делать
  4. В МИД Италии объяснили, как подозреваемый в диверсии мог получить визу в Минске. Посольство страны называют «самым щедрым» для туристов
  5. После жалобы Лукашенко на «океан автомобилей» власти Минска рассказали, что будут делать с парковками
  6. «Это она». Зеленский официально дал старт операции M&Ms против московских аэропортов — The Atlantic
  7. Беларуса приговорили к 16 годам колонии по трем статьям. Одна из них — госизмена — «Вясна»
  8. Пищаловский парадокс. Экс-политзаключенная — о превращении СИЗО на Володарского в развлекательное пространство
  9. Лукашенко озадачился зарплатами в Минске
  10. Что будет, если под постом со свастикой оставить эмодзи-какашку? Представитель ГУБОПиК ответил
  11. Умер один из авторов школьного учебника по истории Беларуси Андрей Соловьянов. Ему было 45 лет
  12. Из-за этого правила можно попасть в пенсионную «ловушку». О нем знают явно не все
  13. Подразделения Сил обороны Украины получили приказ соблюдать временный режим тишины на фронте — «Украинская правда»
  14. «Пользоваться нельзя будет». «Беларусбанк» призвал клиентов совершить одно действие, чтобы они не столкнулись вскоре с проблемами
  15. Беларуска показала, сколько ей насчитали налога на «роскошное» авто. В комментариях некоторые удивились
  16. Ждать ли беларусам торнадо 4−5 сентября? Синоптики ответили
  17. На субботу объявили оранжевый уровень опасности
  18. «На деле это оказался не просто синячок». Беларуска забрала пятилетнего сына из больницы с гематомами — там начали проверку
  19. Уроженец Беларуси с британским паспортом приехал в Россию на похороны бабушки. Его избили полицейские, а в СК посоветовали покинуть РФ
  20. В Могилеве КГБ пришел с обысками и проверкой телефонов к людям, которые недавно ездили в ЕС — правозащитники
  21. «Ой, как же я волновалась!» Беларусская учительница изменила жизнь и стала стюардессой в крупнейшей авиакомпании мира
  22. Вводят изменение, которое касается пересечения границы
  23. Помните вагнеровцев, которых перед выборами-2020 задерживали в Минске и обвиняли в сговоре с Тихановским? Узнали, как сложились их судьбы
  24. «Еле поступили». В Минобразования назвали самую популярную рабочую специальность
  25. «Вызывают у меня чувство глубокой брезгливости». Статкевич высказался о конфликте Тихановского с независимыми СМИ и блогерами


Андрей (имя изменено) — молодой специалист. Два года назад парень окончил университет и выбрал в качестве распределения по специальности один из беларусских заводов. Он рассказал «Салідарнасці» об условиях для молодых специалистов на предприятии и общем настроении среди рабочих.

Дымящие трубы промышленного предприятия. Фото: Ella Ivanescu, Unsplash.com

«70% работников — пожилое поколение»

— Работать в целом оказалось проще, чем учиться, — признается Андрей. — У нас, по сути, единичное производство, и все, что надо делать, уже придумано до нас. А какую-то тяжелую работу молодым специалистам не дают.

Чувствуется дефицит кадров. Работает в основном пожилое поколение — это где-то 70% от всех работников, есть даже те, кому за 70. Если они уйдут, работать будет некому. Поэтому в этом плане все очень грустно. В целом у нас большой разрыв в возрасте у работников — от 25 до 45 лет вообще может не быть людей.

Молодые специалисты надолго не задерживаются: уходят после двухлетней отработки или спустя четыре года, когда перестают доплачивать за молодого специалиста.

Зарплата в целом неплохая, и со временем она растет. Есть оклад и проценты от него — они разные, в зависимости от производства и должности. Если проценты хорошие, можно получать 900−1000 долларов (кстати, почти всех работников волнует курс доллара) — считаю, это неплохо даже для Минска.

Но есть проблема — спустя четыре года за молодого специалиста уже не доплачивают, и проценты от оклада становятся намного меньше, чем раньше.

«Закупают что подешевле, даже если оно ужасного качества»

— Если сравнивать с другими заводами, то у нас все относительно неплохо. Хотя жести хватает и по рабочим вопросам, и по отношению. Например, что касается каких-то материалов, оборудования, то закупают что подешевле, даже если оно ужасного качества. Понятно, что чем хуже материал, тем хуже итоговая продукция. Находишь сам что получше в интернете, показываешь начальству, а они: «Нет, это дорого».

Санкции, конечно, тоже чувствуются — нет возможности закупать что-то из ЕС, хотя на 80% это сейчас заменяет Китай. Закупают оборудование, но к нему нет инструмента. Ох, это отдельная, долгая и больная тема. То же самое с продажей — не в ЕС, а в Россию.

Избражение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

«Идеологическая обработка идет всегда, кто только не приезжает»

— В последнее время вроде на заводе все становится лучше, хотя в целом по стране только хуже — закручивают гайки, запугивают. На предприятии всегда идет идеологическая обработка — кто только не приезжает: и представители разных РУВД, и ГУБОПиК, и артисты всякие, в том числе Солодуха.

Идеология — это просто смешно. У людей могут быть разные взгляды, политические предпочтения, но у всех возникает отвращение к тому, что летит из уст силовиков. Несут всякую дичь, например, про геев в Европе.

На идеологических мероприятий поначалу могут не затрагивать политическую тему. Начинают с рассказа о мошенниках в интернете. Потом каким-то образом приплетают к этому войну в Украине, в Израиле, показывают кадры протестов в США, Франции, рассказывают, как там бьют людей на протестах.

Дальше затрагивается тема событий 2020 года, мол, они [сотрудники силовых структур] не дали сделать ничего плохого с нашей страной.

Иногда силовики приводят различные цифры. Рассказывают, сколько «экстремистов» в каждом беларусском университете, сколько человек и на какую сумму отправили донаты в полк Калиновского — напрямую говорят, мол, «наш народ не понимает, кто такие экстремисты, и помогают таким».

А еще приводят цифры, сколько человек было подписано на независимые СМИ до событий 2020 года и после, и что после признания их «экстремистскими» отписывается не так уж и много людей.

Сейчас, по словам силовиков, уже весь народ считается «неблагонадежным», потому что большая часть готова вписаться в какую-то «экстремистскую тему».

Вся эта идеологическая обработка — абсолютно нелепая, и работники завода с нее смеются. Что-то на тему политики мы стараемся между собой не обсуждать: я бы сказал, что все всё понимают, но всем эта тема то ли надоела, то ли пугает. Если кто-то о чем-то спросит, другой отвечает: «Вспомни, в какой стране живешь, потом подумай, какой ответ хочешь от меня услышать».

«Думаешь, как отдохнешь на выходных, а тебя вызывают на сборы»

— Никаких планов на будущее я сейчас не строю. Это даже звучит смешно и нереально. Иногда думаешь, как отдохнешь на выходных после тяжелой рабочей недели, а к тебе прибегает начальство и говорит, что тебя вызывают на военные сборы. При этом никто не знает, чего ожидать, но в военкомате уверяют, что все в порядке и переживать не стоит.

В такие моменты кажется, что на молодых специалистов просто всем плевать. Ну, оторвут от работы и отправят на сборы, значит, оторвут. То же самое и в рабочем плане: могут наехать, что ты что-то сделал не в срок, хотя ты все это время ждал, пока для этого подпишут какую-то бумажку.

Вот поэтому многие молодые ребята и уходят. Зарплата в 1000 долларов может не мотивировать тебя оставаться ни на работе, ни в стране, ведь в любой момент тебя могут куда-то срочно вызвать. Тогда оказывается, что нервы дороже, чем деньги.