Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Политзаключенному Виктору Снегуру, приговоренному к 19 годам тюрьмы, добавили еще пять лет заключения и будут судить в пятый раз
  2. «Им было наплевать, как мы будем выживать и решать проблемы». Беларусы рассказали, как пережили «адский коллапс» в российском аэропорту
  3. «Их задача — продать Лукашенко Западу». Пытались узнать, кто планирует писать письмо Евросоюзу, которое раскритиковал представитель BELPOL
  4. «Как будто оказалась в постапокалипсисе». Беларуска поделилась впечатлениями от визита в некогда популярный столичный универмаг
  5. Показываем, что можно узнать о вас из свежих утечек персональных данных, о которых вас не предупредили
  6. Соседи Беларуси этой ночью переведут часы. Как изменится разница во времени
  7. «Мы никому не говорим, где мы живем». Поговорили с представителем BELPOL об изнанке работы — информаторах, деньгах и личной безопасности
  8. После визита Коула освободили 25 политзаключенных. Похоже, к вывозу готовили еще одну — но она была против
  9. В Беларуси готовят изменения в оплате проезда. Они затронут все города страны
  10. «Разве это обвал?» Экспертка — о ситуации на рынке жилья в Минске: что происходит с ценами и что будет после Нового года
  11. Ледники тают все быстрее, а в 2030-х годах некоторые из них могут и вовсе исчезнуть. Чем это грозит планете и Беларуси в частности
  12. «Кто хочет сесть на место Тихановской?» Франак Вячорка стал гостем шоу «Гутаркі» и рассказал, как его девушкой оказалась сотрудница КГБ
  13. В Гродненской области мужчина стрелял в силовиков — его «ликвидировали»
  14. Лукашенко возмутился, что на «Белкоммунмаше» «рабочий класс разболтанно себя ведет»
  15. «Эта скрытая ложь чуть не стоила жизни более чем десяти врачам». Работники минской ветклиники проходят экстренную вакцинацию от бешенства


/

Бывший политзаключенный Вадим Пашковский согласился сотрудничать с КГБ, чтобы уехать из Беларуси в Польшу, где, по задумке силовиков, должен был выполнять «задания». Об этом мужчина рассказал «Гомельскай Вясне». Это сокращенная версия текста, полную можно прочесть по ссылке.

Вадим Пашковский. Фото: «Гомельская Вясна»
Вадим Пашковский. Фото: «Гомельская Вясна»

Вадим Пашковский — 23-летний житель Жлобина, был задержан в июле 2024 года за участие в протестном митинге после выборов 2020 года. Его судили по ст. 342 (Участие в действиях, нарушающих общественный порядок) и дали один год и шесть месяцев с направлением на «химию». В 2025 году Вадиму заменили «химию» на реальное лишение свободы. Последние пять месяцев и 21 день он провел в ИК-17 в Шклове. Вышел на свободу в конце 2025 года.

После освобождения в декабре 2025 года Вадим устроился на работу по специальности в частное предприятие международного концерна Kronospan в Могилеве. Но у него не сложились отношения с директором предприятия, и мужчина решил уволиться. Когда руководство пригласило его забрать подписанное заявление, в кабинете, куда пришел Вадим, его ждали двое мужчин в штатском.

«Тыя людзі не паказалі мне ніякіх дакументаў, сказалі, што нам трэба паехаць паразмаўляць. Мяне пасадзілі ў машыну і завезлі ў будынак упраўлення КДБ у Магілёўскай вобласці. Тады я зразумеў, што гэта за людзі. Я ў іх пытаў, што здарылася, што я нарабіў, але яны не адказвалі. Ужо ў кабінеце ў КДБ яны пыталі ў мяне, за што я сядзеў, ці атрымліваў я нейкую дапамогу ад праваабарончых арганізацыяў, ці атрымліваў прадуктовыя перадачы. Потым мяне павезлі ў іншы будынак, і там я праходзіў паліграф. Там ужо пыталі, ці я звязаны з замежнымі спецслужбамі, ці я займаюся „экстрэмісцкай“ дзейнасцю ды ўсё такое. Пасля паліграфа мяне завезлі на маю арандаваную кватэру, дзе я жыў у Магілёве. Там яны зрабілі вобшук. Але гэта адбывалася без панятых, без нейкіх санкцыяў — проста яны самі зайшлі, усё ператрусілі. Забралі ў мяне ноўтбук, тэлефон», — рассказал Вадим.

После этого его снова привезли в КГБ и сказали, что в ноутбуке нашли «много файлов для подозрения в промышленном шпионаже».

«І таму яны сказалі: „Или на 15 лет, или надо будет помочь стране“. Я сказаў, што я не хачу ў турму. І яны мне сказалі: „Тогда сейчас возвращайся домой, мы с тобой свяжемся“. Гэта было 30 ліпеня. І я паехаў дадому ў Жлобін. А 3 жніўня яны мне сказалі вярнуцца назад у Магілёў і чакаць сустрэчы», — рассказал экс-узник.

При следующей встрече сотрудники КГБ сказали мужчине, что он должен поехать в Польшу и «просто жить там, общаться с людьми и периодически рассказывать им, как у него дела и с кем он общается». И выслали ему ссылки на правозащитные организации, в которые Вадим должен был написать.

«Я напісаў у BYSOL, бо яны мне сказалі, што трэба атрымаць ад BYSOL выплату. Я пісаў у BYSOL — гэта цягнулася недзе да 20 жніўня. Але я ім казаў, што ў мяне няма ніякіх кантактаў у Польшчы, я не ведаю, дзе мне ўзяць рахунак. І ў выніку BYSOL мне нічога не скінуў. На нейкі час яны заціхлі. Я ўжо падумаў быў, што ўжо ўсё. Але ў нейкі дзень яны мне зноў пішуць і кажуць: „Цяпер табе трэба напісаць у „Вясну“ і пытаць ужо, як табе выехаць“. Калі я напісаў у „Вясну“, мне адтуль параілі напісаць запыт на гуманітарную польскую візу ў польскі кансулят у Менску. І кадэбісты мне напісалі, як мне гэты ліст скласці. І каб я напісаў, што мяне проста звольнілі, бо я быў у спісе „экстрэмістаў“. І сказалі нікому не казаць, што мяне звёз з працы КДБ», — рассказал Вадим.

Он подал обращение в польское консульство 2 сентября и через некоторое время получил визу.

«Па атрыманні візы я купіў квіткі да Варшавы. <…> Уначы 3 кастрычніка я заехаў у Польшчу. І я адразу планаваў пайсці ў польскую службу, якая займаецца бяспекай. Бо я, калі яшчэ быў у Беларусі, разумеў, што я гэтым займацца не буду. Але ў той жа час я разумеў, што, калі яны зразумеюць, што я нешта супраць іх замышляю, то я ўжо не змагу выехаць. <…> Але мне рэальна было вельмі страшна, я не ведаў і цяпер не ведаю, якія могуць быць наступствы. І ў выніку я вырашыў зрабіць публічную заяву і распавесці ўсё як ёсць, каб „абнуліць“ усе гэтыя заданні і планы КДБ. Я вырашыў для гэтага звярнуцца ў „Вясну“, бо кантакт з гэтай арганізацыяй быў са мной ад самага пачатку. Я хачу публічна заявіць пра тое, што са мной адбылося, ды адмовіцца ад любой супрацы з КДБ Беларусі», — заявил Вадим.