Беларусские власти решили резко сократить число населенных пунктов, которые относятся к территориям радиоактивного загрязнения. Из перечня исключают в том числе Гомель, Лунинец, Лельчицы и Ивье, хотя эксперты предупреждают, что изменение юридического статуса территории само по себе не означает исчезновения радиационных рисков. С 2027 года для жителей этих городов начнут исчезать и социальные гарантии, которыми семьи пользовались десятилетиями, пишет Deutsche Welle.
Минус 566 тысяч человек. Что решили власти
Правительство Беларуси обновило перечень населенных пунктов и объектов, находящихся в зонах радиоактивного загрязнения. Постановление подписал премьер-министр Александр Турчин, а действовать оно начнет с 1 января 2027 года.
Масштаб изменений значительный. По прежнему перечню, утвержденному в 2021 году, к зонам радиоактивного загрязнения относились 2022 населенных пункта примерно с 930,6 тысячи жителей, а также 49 объектов. Теперь в списке останутся 1845 населенных пунктов — на 177 меньше — и 33 объекта. Но особенно заметно изменится число людей, которые официально будут считаться проживающими на загрязненных территориях: их станет 364,2 тысячи, то есть сразу на 566,4 тысячи меньше. Среди исключенных из перечня населенных пунктов — Гомель, Лунинец, Лельчицы и Ивье.
В правительстве объясняют пересмотр улучшением радиационной обстановки. В 2021—2025 годах Минприроды и Минздрав обследовали загрязненные после аварии на ЧАЭС территории: отбирали пробы почвы и оценивали дозовые нагрузки на население. По официальной версии, результаты показали «значительное улучшение обстановки» в отдельных населенных пунктах.
При этом еще в апреле 2025 года Александр Лукашенко публично поставил под сомнение существующий масштаб чернобыльского зонирования. «Чем же мы тогда занимались 30 лет, если у нас 900 тысяч проживают на загрязненных территориях? Чего вы до сих пор называете цифры, которые были 40 лет назад? Надо приводить их в соответствие с действительностью», — говорил он.
Кандидат географических наук, доцент по специальности «Экология» Анна Скриган отмечает, что сам пересмотр границ не является чем-то экстраординарным: беларусское законодательство предусматривает его каждые пять лет. При расчетах учитываются, в частности, период полураспада радионуклидов и расчетная внутренняя доза облучения. Основным загрязнителем беларусских территорий после Чернобыля остается цезий-137, период полураспада которого составляет около 30,5 года.
Но, по мнению Скриган, нынешнее решение следует рассматривать и в более широком контексте. Еще с середины 2000-х в Беларуси сформировалась государственная политика «преодоления последствий катастрофы», одним из элементов которой стало возвращение пострадавших территорий и земель в обычный экономический оборот.
«Абсолютно безопасными назвать эти территории нельзя»
Эколог и эксперт альянса «Зеленая Беларусь» Инесса Болотина относится к решению властей критически. По ее мнению, одного факта снижения содержания основных радионуклидов недостаточно, чтобы считать проблему решенной.
«Периоды полураспада основных загрязнителей — цезия-137 и стронция-90 — составляют около 30 лет. Но это означает не то, что они исчезли, а то, что их осталось примерно в два раза меньше и они продолжают воздействовать на живые организмы. В радиоэкологии и физике считается, что уровень снижается до минимально ощутимого, менее 0,1% от исходного, примерно через десять периодов полураспада. В нашем случае речь идет примерно о 300 годах», — объясняет Болотина.
Она обращает внимание и на другую проблему: загрязнение распределено неравномерно. Даже внутри территорий, которые теперь меняют статус, могут оставаться отдельные участки с более высоким содержанием радионуклидов. По словам Болотиной, в Гомеле и Лельчицах есть места с загрязнением цезием-137 более 1 Ки/км².
Кроме того, эксперт указывает на америций-241. Его содержание в почвах Гомельской области, по ее словам, продолжает увеличиваться и приблизится к максимуму в 2060-е годы. Этот радионуклид концентрируется преимущественно в верхних слоях почвы и более подвижен, чем изотопы плутония, что увеличивает вероятность его попадания в живые организмы.
Анна Скриган также говорит, что научной определенности, позволяющей объявить такие территории совершенно безопасными, нет.
«В отношении радиационного воздействия действует беспороговая концепция: абсолютно безопасного уровня облучения не существует, любая доза несет потенциальный риск. Мы хорошо знаем механизм воздействия высокой дозы и развития острой лучевой болезни, но последствия многолетнего воздействия малых доз изучены значительно хуже. К тому же загрязнение в Беларуси имеет выраженный пятнистый характер: показатели могут существенно отличаться даже в пределах одного лесного массива. Поэтому однозначно сказать, что проживание на таких территориях абсолютно безопасно, с научной точки зрения сегодня невозможно», — говорит Скриган.
Еще одна проблема, по мнению Скриган, — недостаточная прозрачность принятия решений. Методика расчета внутренних доз разработана узким кругом специалистов, а исходные данные сложно найти в открытом доступе. Поэтому независимо оценить обоснованность изменения границ загрязненных территорий трудно.
Что потеряют жители городов, которые признают «чистыми»
Статус территории связан с социальными гарантиями, и после вступления постановления в силу часть из них для жителей исключенных населенных пунктов исчезнет. Среди наиболее ощутимых — льготное санаторно-курортное лечение, первоочередное предоставление студентам мест в общежитиях и преимущественное право на зачисление в учреждения образования. Власти предусмотрели исключение для детей. Несовершеннолетние, которые живут или учатся на территориях, выводимых из категории загрязненных, сохранят право на бесплатное питание до июня 2027 года.
По мнению Анны Скриган, особенно болезненным такое решение может оказаться для людей предпенсионного возраста. Они десятилетиями жили на территориях, официально признававшихся загрязненными, и строили планы с учетом предусмотренной государством поддержки.
«При изменении статуса таких территорий следовало бы использовать принцип справедливого перехода. Нужна была прозрачная коммуникация с людьми: государство должно было подробно объяснить научную и методическую основу решения и показать данные, на которых оно строится. Можно было разработать гибридную систему постепенного выхода из льгот — например, сохранить отдельным группам диспансерное наблюдение или постепенно сокращать поддержку с учетом возраста», — считает Скриган.
Инесса Болотина полагает, что существовавшие льготы и были одной из форм компенсации за жизнь на загрязненной территории, причем даже их она считает недостаточными. По мнению эколога, государству следовало не только сохранять поддержку населения, но и осторожнее относиться к хозяйственному использованию пострадавших после Чернобыля земель.
«Не следовало вовлекать загрязненные земли в хозяйственный оборот и создавать ситуацию, когда люди работают на них и употребляют полученную там продукцию. Теперь же возникает еще одна проблема: если территория юридически перестает считаться загрязненной, исчезает и мотивация постоянно контролировать там радиационную ситуацию и применять специальные меры защиты населения», — говорит Болотина.