Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Пищаловский парадокс. Экс-политзаключенная — о превращении СИЗО на Володарского в развлекательное пространство
  2. «Лечение симптомов, а не болезни». Почему в Минске дворы заставлены машинами и что с этим делать
  3. Подразделения Сил обороны Украины получили приказ соблюдать временный режим тишины на фронте — «Украинская правда»
  4. «На деле это оказался не просто синячок». Беларуска забрала пятилетнего сына из больницы с гематомами — там начали проверку
  5. «Ой, как же я волновалась!» Беларусская учительница изменила жизнь и стала стюардессой в крупнейшей авиакомпании мира
  6. На субботу объявили оранжевый уровень опасности
  7. «Идет напряженный торг за шторкой». Аналитик объяснил смысл цепочки встреч Лукашенко
  8. Что будет, если под постом со свастикой оставить эмодзи-какашку? Представитель ГУБОПиК ответил
  9. После жалобы Лукашенко на «океан автомобилей» власти Минска рассказали, что будут делать с парковками
  10. Беларуска показала, сколько ей насчитали налога на «роскошное» авто. В комментариях некоторые удивились
  11. Беларуса приговорили к 16 годам колонии по трем статьям. Одна из них — госизмена — «Вясна»
  12. В Могилеве КГБ пришел с обысками и проверкой телефонов к людям, которые недавно ездили в ЕС — правозащитники
Чытаць па-беларуску


Правительство пообещало, что в следующем году реальные доходы белорусов в среднем вырастут на 3,5%. При этом экономисты скептически относятся к планам по росту экономики. Могут ли в таком случае увеличиваться зарплаты и за счет чего, «Зеркалу» объяснил старший научный сотрудник BEROC экономист Дмитрий Крук.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Обычно рост реальных доходов населения близок к темпам роста ВВП. Но эта зависимость может нарушаться в случаях структурных изменений в экономике, говорит Дмитрий Крук. Одна из причин, по которой это порой случается в нашей стране, — искусственное стимулирование, то есть когда рост зарплат поддерживают искусственно (мерами монетарной и фискальной политики, то есть за счет вливания денег в экономику, дешевых кредитов и корректировки налоговой нагрузки). Но в 2023 году к этому добавилась и вторая причина — массовая миграция и ее влияния на рынок труда.

— Выезжающие люди освобождают рабочие места — и во многих фирмах становится достаточно актуальной проблема нехватки кадров, — говорит Дмитрий Крук.

Опросы бизнеса, которые проводит исследовательский центр, показывают, что проблема нехватки кадров в последнее время вышла в топ наиболее острых.

— У нас доминирует миф, что у нас куча избыточной рабочей силы. Но в новых условиях после состоявшейся миграции (думаю, она еще не достигла своих пределов) большим вызовом будет ее недостаток, — объясняет экономист. — Что происходит сейчас? Те фирмы, которые смогли достаточно быстро выйти из рецессии, из-под влияния санкций, подстроиться под новую среду, они активно наращивают зарплату, понимая, что конкуренция на рынке труда становится более интенсивной.

Это явление также отражается в структуре затрат компаний, говорит эксперт: доля их расходов на зарплату в 2023 году стала увеличиваться.

— Отсюда следует вывод о том, что даже те фирмы, у которых по-прежнему финансовое положение далеко не блестящее, идут на повышение зарплат, чтобы приспособиться к ситуации нехватки рабочей силы. То есть для ряда фирм ситуация может выглядеть следующим образом: я пойду наперекор и в ущерб своему собственному финансовому положению как фирмы пожертвую своей рентабельностью, но буду повышать зарплаты, чтобы не остаться вообще без работников и не оказаться в ситуации, когда не смогу производить, — объясняет экономист.

Если общественно-политическая ситуация в Беларуси в 2024 году не изменится, то проблема миграции никуда не исчезнет. Значит, вопрос наращивания зарплат, порой даже в ущерб финансовому состоянию фирмы, будет стоять перед все большим количеством бизнеса.

— Поэтому если допустить, что ВВП выйдет к верхней границе моего прежнего прогноза (то есть к росту на 1%), могу допустить вероятность роста реальных зарплат на 3−3,5%. Иными словами, в этом случае вероятность такого роста не настолько низка, как в случае [прогнозируемого властями роста] ВВП на 3,8%, — отмечает эксперт. — Здесь ключевой вопрос в том, какая финансовая подушка есть у фирм, чтобы продолжить подстраиваться под дефицит рынка труда, и в какой мере они готовы будут приносить в жертву свое финансовое состояние, пытаясь отреагировать на вызов нехватки кадров на рынке труда.