Дали взятку, чтобы получить свои деньги. Кнырович рассказал, почему бизнес соглашается на коррупцию в работе с госпредприятиями

Следственный комитет рассказал о задержании директора одного из предприятий Пинска за взятку, которую он получил, чтобы его компания вовремя и полностью расплатилась с поставщиком оборудования. Похожие истории задержаний за коррупцию в Беларуси случаются не так уж редко. Почему белорусский бизнес дает взятки, чтобы госкомпании выполняли перед ними свои финансовые обязательства, спросили у бизнесмена Александра Кныровича, который лично столкнулся с такой ситуацией.

Личный опыт: дали взятку, чтобы госпредприятие заплатило долги

В сообщении о задержании за взятку руководителя одного из предприятий Пинска, Следственный комитет не уточнил, является компания государственной или частной. Но, скорее всего, взятку брал именно директор госпредприятия у частника. Такой вывод можно сделать по сообщениям о задержаниях в похожих обстоятельствах, а также исходя из простой логики: если бы речь шла о двух частных предприятиях, то вопрос выплаты задолженности они решали бы в суде.

Истории, когда руководители госкомпаний соглашаются выплатить долги частному бизнесу в обмен на денежное вознаграждение, всплывают регулярно. Именно получение взятки за своевременную выплату долгов было одной из причин задержания в июне этого года руководителя сельхозпредприятия в Калинковичах. Похожая история была в 2019 году с директором «Минского завода шестерен», которого обвинили в получении взятки за благоприятное решение вопросов, связанных с оплатой за поставку технологического оборудования. В том же году директора «Пружанского райагросервиса» задержали за взятку, которую он получил за погашение задолженности перед поставщиком запчастей для сельхозтехники.

Распространенность случаев, когда частники «буквально выгрызают свои деньги», в том числе предлагая руководителям госпредприятий взятки, подтверждает бизнесмен Александр Кнырович. Об этом он знает не понаслышке, а по собственному опыту. В 2017 году его задержали, а потом судили по делу о даче взятки и неуплате налогов в особо крупном размере. На суде предприниматель согласился только с первой частью обвинения, а позже раскрыл детали той истории. По его словам, одно из госпредприятий задолжало его компании «СармаТермо-Инжиниринг» около 1,5 млн долларов.

— Нам не платили около двух лет. Мы сделали все необходимые действия для того, чтобы вернуть наши деньги: прошли суды, обращения в прокуратуру и Администрацию президента. Но нам их не возвращали да еще тихонечко посмеивались над ситуацией, — говорит предприниматель.

Не найдя решения ситуации в правовом поле, в его компании решили заплатить представителю госструктуры, чтобы получить деньги, которые госпредприятие им задолжало.

Проблема коррупции лежит в системе организации работы госсектора

Сейчас Александр Кнырович не живет в Беларуси и не ведет здесь бизнес. Но по данным на 2017 год, говорит он, ситуация в отношениях государственных и частных предприятий была такой, что бизнесменам нередко приходилось прибегать к взяткам.

— То, что ты выиграл контракт с госпредприятием, еще не означало, что госкомпания будет его исполнять. Более того, психология крупных госкомпаний строится на том, что не заплатить частнику — это гордость и способ сэкономить. Как-то инженер крупного автоконцерна мне рассказывал, как у них на совещании финдиректор докладывал, что они сэкономили определенную сумму денег, не расплатившись с частными подрядчиками, — рассказывает бизнесмен и блогер.

По его мнению, с тех пор вряд ли что-то изменилось в лучшую сторону.

— Учитывая, что сейчас просели рынки, денег у госпредприятий стало еще меньше, чем было. Более того, когда чиновник в зарплатой в 300−500 долларов имеет право распоряжаться суммами в миллионы, то в такой ситуации он становится удельным князьком, который может творить то, что считает правильным, пока его не поймали за руку.

То, что подобные коррупционные схемы сохраняются, несмотря на аресты чиновников и бизнесменов, подтверждают новые случаи задержаний при схожих обстоятельствах. С одной стороны, в этом направлении борьба с коррупцией бесполезна, считает Александр Кнырович, потому что проблема в самой системе организации работы госсектора.

— Я абсолютно убежден, что у госпредприятий нет установленного порядка оплаты долгов частникам. А руководитель имеет возможность сказать, что сегодня оплачивает одни просроченные долги, а завтра другие, аргументируя это не фактическими данными, а условно тем, что с кем-то ему завтра еще сотрудничать. В этом смысле руководитель госпредприятия — абсолютно полновластный хозяин, когда мы говорим про те обязательства, которые уже наступили, например, когда оборудование уже поставлено, а выплаты за него просрочены.

В том, что система сформировалась именно таким образом, важную роль играет факт, что многие госпредприятия хронически испытывают финансовые проблемы, продолжает собеседник. Если бы они имели достаточно средств, то и просроченная задолженность перед поставщиками, вероятно, возникала намного реже.

С другой стороны, при такой системе работы госсектора и его взаимодействия с частными контрагентами нельзя говорить о настоящей борьбе с коррупцией, говорит бизнесмен.

— У нас есть выхватывание отдельных случаев, месть кому-то, взаимное подсиживание чиновников, сливание соседа. Это никак не тянет на борьбу с коррупцией.

«Либо работаешь с госпредприятиями, либо не работаешь вообще»

Казалось бы, зачем частный бизнес вообще ввязывается в сделки с государственным сектором, если это часто сулит проблемы с невыплатами долгов. Но выбор у таких белорусских компаний небольшой, подчеркивает Александр Кнырович, потому что во многих отраслях «ты либо работаешь с госпредприятиями, либо не работаешь вообще».

— Наш бизнес родом из 1990-х — он жил в гораздо более тяжелой ситуации, поэтому существующий порядок он не воспринимает как нечто из ряда вон выходящее, — добавляет бизнесмен. — Более того, если вы посмотрите на мировую практику, то увидите, что и международные корпорации тоже часто переходят моральную и законодательную черту. Нельзя исходить из того, что бизнес морален. Нет, он по природе своей не имеет моральных ограничений. Разве только если их устанавливает сама бизнес-практика, отношение общества и законодательства (которое следует за первыми двумя). Вот когда общество растет и меняет свое отношение к взяткам, то оно начинает задавать такие вопросы предпринимателям. В нашей же ситуации ответ на вопрос бизнесу, почему он работает в этих условиях, простой — потому что среда такая.