Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Ледники тают все быстрее, а в 2030-х годах некоторые из них могут и вовсе исчезнуть. Чем это грозит планете и Беларуси в частности
  2. Соседи Беларуси этой ночью переведут часы. Как изменится разница во времени
  3. Лукашенко возмутился, что на «Белкоммунмаше» «рабочий класс разболтанно себя ведет»
  4. «Мы никому не говорим, где мы живем». Поговорили с представителем BELPOL об изнанке работы — информаторах, деньгах и личной безопасности
  5. В Беларуси готовят изменения в оплате проезда. Они затронут все города страны
  6. После визита Коула освободили 25 политзаключенных. Похоже, к вывозу готовили еще одну — но она была против
  7. «Кто хочет сесть на место Тихановской?» Франак Вячорка стал гостем шоу «Гутаркі» и рассказал, как его девушкой оказалась сотрудница КГБ
  8. В Гродненской области мужчина стрелял в силовиков — его «ликвидировали»
  9. «Разве это обвал?» Экспертка — о ситуации на рынке жилья в Минске: что происходит с ценами и что будет после Нового года
  10. «Их задача — продать Лукашенко Западу». Пытались узнать, кто планирует писать письмо Евросоюзу, которое раскритиковал представитель BELPOL
  11. «Им было наплевать, как мы будем выживать и решать проблемы». Беларусы рассказали, как пережили «адский коллапс» в российском аэропорту
  12. Аномальное тепло и ночные заморозки. Синоптик рассказал о погоде на следующей неделе


/

Разрешение на обман может делать детей более честными — к такому парадоксальному выводу пришли исследователи из Сингапура, пишет PsyPost.

Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com
Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: pixabay.com

Ученые изучали, как дети в возрасте от трех до шести лет ведут себя в ситуации, где обман не только возможен, но и прямо разрешен. В исследовании под руководством Чадмена Тана приняли участие несколько групп детей, всего более 250 человек.

Эксперимент был построен в форме простой игры. Ребенок прятал наклейку под один из двух одинаковых стаканчиков, после чего взрослый должен был угадать ее расположение. При этом он всегда выбирал тот вариант, на который указывал ребенок. Таким образом, чтобы выиграть, участнику нужно было обмануть исследователя.

Перед началом основной части эксперимента одной группе детей прямо объясняли: «Обычно давать неправильный ответ — плохо, но в этой игре можно говорить что угодно, чтобы победить». В контрольной группе таких инструкций не давали. До начала теста все дети проходили тренировочные раунды, чтобы понять правила.

В первом исследовании участвовали 124 ребенка в возрасте от трех до семи лет. Во втором — 99 детей от четырех до шести лет (трехлетних исключили, так как они почти не реагировали на инструкции). В третьем — 56 детей в возрасте пяти-шести лет. Во всех трех случаях использовалась одна и та же игровая процедура.

Результаты показали, что в целом дети обманывали довольно часто — от 60% до 80% попыток. Однако вопреки ожиданиям исследователей дети, которым прямо разрешили лгать, делали это реже, чем те, кто не получал такого разрешения.

Во втором исследовании разница сначала не выглядела статистически значимой, но дополнительный анализ с учетом поведения детей на тренировочном этапе подтвердил ту же тенденцию. Третье исследование, изначально спланированное с учетом этих факторов, окончательно подтвердило результат: разрешение на обман снижает его частоту.

Авторы работы называют этот эффект парадоксальным. По их словам, он показывает, что моральные установки продолжают влиять на поведение даже тогда, когда формально «разрешено» их нарушать. Когнитивные и этические аспекты обмана тесно переплетаются уже в раннем возрасте.

Исследователи предложили несколько возможных объяснений. Во-первых, сама формулировка инструкции («обычно это плохо») могла акцентировать внимание детей на моральной стороне лжи. Во-вторых, дети склонны угадывать ожидания взрослых и могли воспринимать ситуацию как скрытую проверку честности.

Есть и более прагматичное объяснение: в стратегической игре важно делать то, чего не ожидает соперник. Если ребенку прямо говорят, что можно лгать, он может предположить, что от него этого и ждут — а значит, выгоднее сказать правду.

Результаты серии экспериментов опубликованы в журнале Developmental Science.